У меня есть икра и немного ещё коньяка,
А она убегает и говорит мне: «Ну всё, пока».
У неё дома муж и ребёнок, и это волнует слегка.
Но меня она любит. Я знаю. Знаю наверняка.

Она приходит днём и просит её развлечь,
И я не иду на работу ради вот этих встреч.
Она говорит с хрипотцой: «Как же тебя я хочу…»
И звонко смеётся после… потом, когда я шучу.

Она по квартире ходит – растрёпана и боса` –
В глазах у неё смешинка, в карих её глазах…
И я от восторга таю и чествую небеса…
А она всегда убегает… что бы я ни сказал.

Да! Я твоя девятая…
Не первая и не последняя,
Твоими руками распятая,
Все жду от тебя спасения.
Гвоздями непонимания
На крест безрассудства повешена.
Смотрю на тебя отчаянно,
И вою от боли бешено!

Ревность

Рыжая кошка совсем заболела,
Тусклая шерсть и в глазах пустота.
Ревность туманом ей душу одела,
Жгучим питьём одиночества став.

Кошка пыталась пробиться сквозь стены,
В панике в кровь обдирая бока,
Только напрасно рвала себе вены –
Эта преграда нежданно крепка.

Вот, обессилев, легла у порога,
Лапы сложила, с надеждою ждёт…
Тот, кто с утра соберётся в дорогу,
Пнёт, не заметив, иль в руки возьмёт?

Разгадал ты меня? Не мечтай! Я – сплошная ошибка,
Позабытый пароль, не записанный вовремя файл.
Я – насмешка судьбы, я – чеширская полуулыбка,
Но я всё-таки есть, как ни странно, и, может быть, жаль…

Ненужная ревность

Я в тебя влюблена? Едва ли.
Я хочу тебя? Невсерьёз.
Просто губы тебя позвали,
Когда веки свело от слёз.

Просто землю слегка качнуло,
Следом кровь прилила к вискам…
Я, как птицу, тебя спугнула,
Неприученную к силкам.

А теперь отпускаю в небо…
Только, как бы ты не спешил,
Ты возьми на дорогу хлеба
Из крупинок моей души.

Метались мысли, путаясь от боли,
рвалась на волю злобная строка…
Я знать хотела все – ничуть не боле,
и не из лживых уст – наверняка.

Я знать хотела обо всех улыбках,
что он дарил взволнованным сердцам,
и обо всех рождественских открытках,
и о пасхальных поцелуях дам.

Что это – тяга к самоистязанью
или стремленье высшим быть судьей,
таившееся где-то в подсознаньи,
свернувшись ядовитою змеей?

Никто не знает, сколько темной силы
скрывается в извилинах души.
Чтоб разум твой она не помутила –
любовью пламень злобы потуши.

Шепчет: «Я не пожалею
Даже то, что так люблю -
Или будь совсем моею,
Или я тебя убью».

Надо мной жужжит, как овод,
Непрестанно столько дней
Этот самый скучный довод
Черной ревности твоей.

Горе душит – не задушит,
Вольный ветер слезы сушит,
А веселье, чуть погладит,
Сразу с бедным сердцем сладит.