Рубикон

Сквозь шум толпы, сквозь свет ночных окон,
Из сентября через сугробы к маю…
Опять зима… И здесь наш Рубикон.
Идешь со мной ? Не знаешь ? Понимаю…
В последний раз улыбкой одари.
Смахну слезу, вздохну, спрошу совета…
Ты будешь жить. А я пойду на Рим.
И не вернусь… Ты не жалей об этом.

с виду все замечательно.

Похоже, мне снова грозит одиночество.
Что хуже всего — с виду все замечательно!
Но мне возвращать тебя больше не хочется.
А стало быть, хватит, — прощай окончательно!

Похоже, теперь разошлись наши улицы.
Что хуже всего — ты быстро оправишься!
А мне теперь некуда, милая, сунуться,
Но все же я счастлив, что ты собираешься.

Какие с тобою мы все-таки разные!
Что хуже всего — мне казалось, похожи мы.
Но как же ты лихо царапала фразами,
Пока я молчал, и мне думалось — дожили .

А впрочем, я рад: ты не лучшее общество.
Я, знаешь, и сам бы ушел. Обязательно!

Но снова внутри у меня одиночество,
И хуже всего — с виду все замечательно.

Не думай слишком дурно про меня.

Не думай слишком дурно про меня.
Пройдут года, и ты простишь, мой милый,
Как от раздутого тобой огня
Зажглась я и остыла.

Не думай обо мне в сомненья час,
Когда все кажется бессмысленным и серым.
Не мучай горькой памятью о нас
И так тоской измученную веру.

Не презирай и строго не суди.
Проходит все. Дай мне с тобой проститься!
Я обещаю сохранить в груди.
Мной
навсегда
покинутые
лица.

Я ушла

Понимаешь, тебя чтобы вылюбить из себя,
Выжать, словно вишневый сок из лишенных костей плодов,
Словом вылететь против ветра со смелостью воробья,
И осесть седым пеплом от самых больших костров -
Я ушла
Было холодно, чай, руки в цыпках, no stress, февраль…
Понимаешь, не жаль. Ничего. Ничего не жаль.

Повторю в канун разлуки

Повторю в канун разлуки
Под конец любви,
Что любила эти руки
Властные твои,

И глаза — кого-кого-то
Взглядом не дарЯт! —
Требующие отчета
За случайный взгляд.

Всю тебя с твоей треклятой
Страстью — видит Бог! —
Требующую расплаты
За случайный вздох.

И еще скажу устало,
— Слушать не спеши! —
Что душа твоя мне встала
Поперек души.

И еще тебе скажу я:
— Все равно — канун! —
Этот рот до поцелуя
Твоего – был юн.

Взгляд — до взгляда — смел и светел,
Сердце — лет пяти…
— Счастлив, кто тебя не встретил
На своем пути.

разрываю

С твоей стороны – только жест показательный:
Сквозь побледневшие веки смотря,
Взгляд направляется вдоль по касательной
В томной задумчивости февраля…

С тоской разрываю я сноски на прошлое…
Старых ошибок опять и опять
В наивной надежде на что-то хорошее
Я не желаю теперь повторять.

Ты можешь молчать, все равно не послушаю,
В молчаньи твоем я увижу ответ.
Ведь вдаль унеслось неизбежно все лучшее…
А в сердце кричит угасающий свет…

Понимаешь

Понимаешь, тебя чтобы вылюбить из себя,
Выжать, словно вишневый сок из лишенных костей плодов,
Словом вылететь против ветра со смелостью воробья,
И осесть седым пеплом от самых больших костров -
Я ушла
Было холодно, чай, руки в цыпках, no stress, февраль…
Понимаешь, не жаль. Ничего. Ничего не жаль.

Девушка уходила

Девушка уходила в осень,
сбросив желтевшие листья.
Девушка, уходя, не просит
Чтобы он ей приснился.

В снах больше правды,
Чем в жизни,
В снах больше искренних
вздохов.
Только желтые листья
Под ноги сыпятся ворохом.

В снах больше правды,
Чем нужно.
В снах больше боли,
Чем в взглядах.
Девушка хочет в осень,
Чтоб утонуть в листопадах.

А вот так.

А вот так. Никакого мошенничества. Даже не ловкость рук.
Просто фразы на полуслове теряли смысл, заходили в штопор.
Просто имя твое волшебство потеряло: обычный привычный звук,
Не сластит карамелью во рту, не ложится на сердца стук,
Аритмию не провоцирует и не вызывает ступор.
Хоть теперь оборись своим именем в громкий рупор.

Когда кто-то лицом – кто-то будет всегда поворачиваться спиной,
Все в балансе, и в пользу несправедливости снова уходят баллы.
Отвалилась, отсохла, отпочковалась от имени мини-приставка “мой”,
И ты вроде такой же красивый, такой же бездонным нутром живой,
Но огранка в кольце ослабела, не держатся в нем кристаллы.
Я сама пропустила мгновение между “любила” и “перестала”.

И теперь хоть кричи, хоть проси, хоть по фото приворожи -
Не получится. Слишком жестоки последствия всех временных законов.
Знаешь, что убивает любовь? Я скажу: Килограммы отборной лжи,
Чувства собственной важности груды, наборы, издания, тиражи,
Ты пытался легально проникнуть в любовь, избегая ее канонов,
Но никто не пройдет незамеченным мимо ее кордонов.

В камуфляж облаченный ее пограничников передовой отряд
Хладнокровно, на пораженье стреляет по всем подряд.
И ты вряд ли поймешь, в чем конкретно замешан и виноват.
Только пули летят. Пули метко и точно в тебя летят.

Сначала в бездну свалился стул

Сначала в бездну свалился стул,
потом — упала кровать,
потом — мой стол. Я его столкнул
сам. Не хочу скрывать.
Потом — учебник “Родная речь”,
фото, где вся семья.
Потом четыре стены и печь.
Остались пальто и я.
Прощай, дорогая. Сними кольцо,
выпиши вестник мод.
И можешь плюнуть тому в лицо,
кто место мое займет.

1966