Когда ты устанешь меня не любить

Когда ты устанешь меня не любить,
Когда не найдется ни слов, ни пристанищ,
Вернись – я сумею тебя приютить,
Когда ты устанешь.

Молчи, опускайся поближе к огню,
Теперь у нас долгие, долгие зимы,
Ты знаешь, я всё ещё в тайне храню
Рисунки твои и картины.

Прости мне, что струн переборы просты,
Что двор не заснежен и чай – не из блюдца…
Как трудно поверить, что всё это ты, -
Так близко, что можно проснуться,

Что можно не помнить про “незачем жить”,
Про стыд и про ревность, и гордость просящих…
Мы прошлых не станем тревог ворошить -
Нам хватит с тобой настоящих.

Но прежде, чем свечи качнут темноту,
И времени станет мучительно мало,
Ты, верно, сама ужаснёшься тому,
На что ты меня обрекала.

И каждую каплю вчерашних обид
Пригубишь, припомнишь, коснувшись устами.
Когда ты устанешь меня не любить…
Устанешь?

Ты этого хотел.

Ты этого хотел. — Так. — Аллилуйя.
Я руку, бьющую меня, целую.

В грудь оттолкнувшую — к груди тяну,
Чтоб, удивясь, прослушал — тишину.

И чтоб потом, с улыбкой равнодушной:
— Мое дитя становится послушным!

Не первый день, а многие века
Уже тяну тебя к груди, рука

Монашеская — хладная до жара! —
Рука — о Элоиза! — Абеляра!

В гром кафедральный — дабы насмерть бить!
Ты, белой молнией взлетевший бич!

какая-то дурная полоса

какая-то дурная полоса,
и не видать ни края, ни границ.
я, кажется, не слышу голоса
и я не различаю ваших лиц.

где дом мой? где моя семья?
потерян я и кем-то очень брошен.
и женщина вчера еще моя,
сегодня стала для меня прохожей.

друзья, где вы? ни душ, ни рук!
измотан я и кем-то очень предан.
и только сердца обреченный стук
ведет со мной горячую беседу.

_
и прячутся под ветками ресниц
мои осиротевшие глаза.
я, кажется, не помню ваших лиц,
и я не различаю голоса.

А время забудет нас через несколько лет

А время забудет нас через несколько лет
А нежность запомнит любовь, что была между нами
А все, что осталось за кадром, не скажешь словами
А ты снова прячешь глаза и ответишь мне “Нет”

А сердце колотится бешено в такт февралю
А годы проходят мгновенно, как две недели
А мы друг без друга никак, но так надоели
А я так скучаю…и как прежде тебя люблю

А небо нам скажет, что очень скучает по нам
А мысли вразброс карандашные там – на крыше
А дети мечтают летать все выше и выше
А я о тебе, но ты далеко, ты где-то там

А ты тоже скучаешь. Я знаю, я верю в это
А ты все вспоминаешь и память убить всю хочешь
А ты так же ночами имя мое бормочешь
А счастье стирает из памяти наше лето

А улыбки прохожих падают часто, как дождь по лужам
Гроза не в разгаре, и все у нас впереди
А то, что плохо останется там – позади
А тот, кто заставил страдать, будет больше не нужен.

хочешь, я сотру все расстоянья?

хочешь, я сотру все расстоянья?
сделаю счастливое лицо,
не страшны мне время, ожиданье,
если на руке будет кольцо.

хочешь, я хорошей снова стану,
и забуду обо всем с тобой?
ведь нельзя так сыпать соль на рану,
и не возвращаться вновь домой.

хочешь, уберем все лишнее на карте?
километры зачеркнем, дома?
я люблю сильней тебя, чем в марте,
это третья наша общая зима.

Яна Сергеева

у тебя диагноз

Все циркули рисуют бесконечность
И кажется, что утро не придет.
А у тебя диагноз — бессердечность.
И я теперь прошедший эпизод.

Петляю с сигаретой по квартире.
Пишу так быстро, что не разберешь.
Я помнил один город в этом мире,
Но ты, увы,там больше не живешь.

Владимир Ток

Давай увидимся с тобой

Хотя б во сне давай увидимся с тобой.
Пусть хоть во сне
твой голос зазвучит…
В окно —
не то дождем,
не то крупой
с утра заладило.
И вот стучит, стучит…
Как ты необходима мне теперь!
Увидеть бы.
Запомнить все подряд…
За стенкою о чём-то говорят.
Не слышу.
Но, наверно,— о тебе!..
Наверное,
я у тебя в долгу,
любовь, наверно, плохо берегу:
хочу услышать голос —
не могу!
Лицо пытаюсь вспомнить —
не могу!..

…Давай увидимся с тобой хотя б во сне!
Ты только скажешь, как ты там.
И всё.
И я проснусь.
И легче станет мне…
Наверно, завтра
почта принесет
письмо твое.

А что мне делать с ним?
Ты слышишь?
Ты должна понять меня —
хоть авиа,
хоть самым скоростным,
а все равно пройдет четыре дня.
Четыре дня!
А что за эти дни
случилось —
разве в письмах я прочту?!
Как эхо от грозы, придут они…

Давай увидимся с тобой —
я очень жду —
хотя б
во сне!
А то я
не стерплю,
в ночь
выбегу
без шапки,
без пальто…
Увидимся давай с тобой,
а то…
А то тебя сильней я полюблю.

Я ушла

Понимаешь, тебя чтобы вылюбить из себя,
Выжать, словно вишневый сок из лишенных костей плодов,
Словом вылететь против ветра со смелостью воробья,
И осесть седым пеплом от самых больших костров -
Я ушла
Было холодно, чай, руки в цыпках, no stress, февраль…
Понимаешь, не жаль. Ничего. Ничего не жаль.

Была

Была и свободной.
И гордой. И модной.
Почти осторожной.
Немного возможной.
Бежала от мыслей.
Лечилась от жизни.
Искала маршруты.
Теряла минуты.
Купила билеты.
Не знала ответы.
Внезапность спешила.
Реальность решила.
Сама не звонила.
Любовь не хранила.
Всегда торопилась.
Ни разу не снилась.
В тебе не нуждалась.
Во всем ошибалась.
И истинной болью.
Знакомлюсь с любовью.
Мне грустно.
И тошно.
Такая я в прошлом.

Наташа Куцевол

я же знаю, какая ты

И смотреть в твои глаза синие,
Губы целовать алые.
Я же знаю, ты такая сильная.
Я же знаю, ты такая слабая.

И держать тебя в объятиях бережно,
Сердце согревать громкое.
Я же знаю, ты такая нежная,
А любовь бывает очень горькая.

И любовь бывает очень страстная,
Что сжигает вмиг, и не опомнишься,
Ты такая для меня разная,
Ты такая для себя скромная.

И держать тебя крепко за руку,
И смотреть в твои глаза синие.
Я же знаю, ты такая слабая,
Я же знаю, ты такая сильная.